Бои над Волгой: как захватили и потом освободили Старицу

Тверь, будучи на тот момент Калинином, осталась в истории Великой Отечественной как первый освобожденный от гитлеровцев областной центр. Событие знаковое, особенно для начала войны, полного трагических страниц.

Но был ведь не только Калинин, не только Ржев, запомнившийся как «мясорубка». Большинство людей, не историков, очень мало знают о том, как шли бои за Старицу или Зубцов. Да что там говорить – не всем известно, что Торжок так и не был оккупирован, и у кого-то даже при этом возникает когнитивный диссонанс. Ведь существует массовое представление, что немцы шли на Калинин с запада, и почему тогда, мол, они в этом случае миновали город на Тверце? Всему, разумеется, есть объяснение. А причина заблуждений и городских легенд вроде «пустого Калинина» – пробелы в знаниях.

Поэтому мы решили продолжить рассказывать о Великой Отечественной войне на тверской земле. И сегодня поговорим о Старице.

Бросок кобры

Осенью 1941 года произошло то, что потом стали называть «вяземской трагедией» и «вяземской катастрофой». Большое количество советских войск попало в окружение, после чего последовал разгром. Точные цифры потерь до сих пор являются предметом жарких дискуссий, и по разным оценкам они вариьируются от 500 тысяч до миллиона человек, а порой и гораздо больше.

Гитлеровцы, прорвав нашу оборону, открыли себе дорогу на Москву, но до нее еще надо было добраться. Для стремительного броска на столицу СССР врагу нужно было взять Калинин – мы уже рассказывали, что наш город уже тогда был важным промышленным и логистическим центром. А на пути в него со смоленского направления лежали небольшие древние города.

Ближайшим к Калинину транспортным узлом как раз была Старица, немудрено, что она быстро попала в поле зрения противника. 9 октября немецкие соединения получили приказ овладеть Зубцовом и Ржевом, чтобы оттуда выйти на Калинин через Старицу. И уже на следующий день из района смоленской Сычёвки выдвинулся моторизованный корпус вермахта.

11 октября немцы были в Зубцове, они захватили мост через Вазузу, приняв его вначале за переправу через Волгу. Кто был в этом небольшом городе, подтвердит, что великую русскую реку и ее приток там действительно легко перепутать. Вот и гитлеровцы попались, но надо признать, что быстро сообразили, в чем дело, и выдвинулись на Ржев. Разгромив перед этим наши войска под Вязьмой, немцы уже не рассчитывали на особое сопротивление, и командующий 3-й танковой группой генерал Райнхардт был готов после овладения Калинином наступать на Торжок. Одновременно с этим планировались разведывательные операции к северу от областного центра вплоть до поселка Рамешки.

Проблема, казалось, была лишь одна: нехватка горючего. Однако было и еще кое-что, насторожившее немцев.

Где тонко, там и рвется

Когда вам будут рассказывать, что Калинин взяли почти без боя и будто бы все разбежались после первого выстрела, не верьте этим горе-знатокам. Увы, наши части действительно отступали, однако нельзя сказать, что они при этом не сопротивлялись. И немцы, которых ни в коем случае нельзя недооценивать как противника, моментально подобрались, получив данные авиаразведки о движущихся по шоссе от Ржева на Старицу советских автомобилях в количестве от 500 до 600. В штабе танковой группы тут же решили перенаправить силы к древнему русскому городу, чтобы нанести фланговый удар отступающим советским солдатам.

Старица превратилась в «шверпункт», то есть основное направление следующего дня – 12 октября. Для этого моторизованная дивизия немцев заняла дорожный узел у Погорелого Городища восточнее Зубцова. Тогда это село было центром отдельного района, Погореловского (иногда встречаются варианты Погорельский и Погорелогородищенский). Захватив его, немцы открыли себе дорогу на Старицу и Калинин.

Однако вскоре выяснилось, что 11 октября как раз во Ржев, а не из него, выдвинулась советская 174-я стрелковая дивизия – оборонять рубежи. И на следующий день, когда к Старице направились немцы, она получила приказ повернуть, чтобы перехватить наступающие войска противника. Это опять к слову о том, что «не было сопротивления». Другой вопрос, что солдат катастрофически не хватало, и командирам пришлось частично оголить оборону Ржева, потому что ее тоже никто не отменял, и надо было хоть кого-то оставить.

А уже утром 12 октября немцы начали наносить авиаудары по Старице и мосту через Волгу. Ближе к вечеру, в 16:45, с востока к городу подошли немецкие танки. Это стало для Красной армии полной неожиданностью, так как ранее авиаразведка не зафиксировала движения бронетехники по ржевской трассе, и когда гитлеровцы подобрались к Старице по проселочной дороге через лес, было уже поздно. Они ударили там, где тонко.

Рывок на Калинин

Воспользовавшись эффектом неожиданности, немцы быстро захватили советский аэродром, уничтожив зенитчиков. Однако сражение за город на этом не закончилось. И не всегда положение складывалось в пользу противника – например, при попытке форсировать Волгу два танка попросту в ней застряли. Тем не менее, Старицу немцы заняли.

Город использовался как плацдарм для дальнейшего продвижения на Калинин с выходом на Торжок, а также на Ржев и подмосковный Клин. Между тем, советская сторона не бросила Старицу – к ней направлялись части 174-й стрелковой дивизии под командованием полковника Ильиных и отдельная мотострелковая бригада 29-й армии в подчинении комбрига Рыжкова.

На следующий день, 13 октября, продолжались упорные бои. Немцы успели соорудить мост через Волгу грузоподъемностью 8 тонн и создали плацдарм на западном берегу, который пришлось удерживать от атакующих частей Красной армии, усиленных танками. Нашим даже удалось нанести противнику репутационный урон – в этот день был убит один из командиров, майор фон Киттель.

Тем не менее, немцы параллельно направлялись к Калинину, и пока в Старице кипело сражение, передовой отряд под командованием майора Экингера уже подобрался к окраинам областного центра. Это случилось, обратите внимание, еще накануне – вечером 12 октября, параллельно с занятием немцами Старицы. И вышло так, что наши пытались выбить оттуда противника, чтобы закрепиться и оборонять подходы к Калинину, а над последним уже нависла непосредственная угроза.

Враг у ворот

Как пишет историк Максим Фоменко, теоретически у советских войск имелась возможность переломить ход сражения за Старицу – армейских соединений в округе было достаточно. Однако их командирам категорически запрещалось вступать в бой за маленький город. Войска двигались на Москву.

Большая советская колонна стягивалась и к Калинину, именно по ней ударил немецкий танковый авангард майора Экингера во второй половине дня 12 октября. Среди уничтоженных машин в документах противника фигурировало множество тракторов и даже несколько танков. Еще свыше 500 автомобилей было захвачено. Отметим, что речь в данном случае идет о тыловой колонне, и ее разгром, как это ни печально, был предрешен. А вот дальше немцам пришлось гораздо сложнее – об этом мы подробно писали в статье об обороне Калинина.

К Старице тем временем подтягивались все новые соединения гитлеровцев, готовящиеся к стремительному броску на Торжок – приказом от 14 октября туда выдвинулась пехота и моторизованные войска. С учетом того, что советское командование готовило контрудар в тыл противника, сражение могло разгореться нешуточное. Бригада Рыжкова продолжала атаковать немцев, но те отбивали все попытки. А подкрепление все не шло, хотя планы захватить переправу у Старицы и перерезать немцам путь на Калинин по шоссе были. И был шанс на успех.

Во-первых, вражеские войска оказались вымотаны непрерывными боями, а их подкрепление тоже задерживалось – причиной стала характерная для России распутица. Во-вторых, осложнилась доставка горючего и боеприпасов – и вновь из-за раскисших от грязи дорог. Увы, эти же беды постигли и наших солдат. Причем личный состав РККА, как было отмечено в журнале боевых действий 29-й армии, «вел бой в течение 13 суток, пройдя 300 км».

Тем не менее, 174-я стрелковая дивизия все-таки приступила к выполнению боевых задач: к концу дня 15 октября солдаты сосредоточились на подходе к Старице, и в 6 утра 16 октября началось наступление. К вечеру бойцы вышли к западной окраине города, но были вынуждены остановиться – противник накрыл их шквальным огнем. Одновременно с этим к южной границе Старицы подошла группа комбрига Рыжкова, но также наткнулась на ожесточенное сопротивление немцев.

Кроме того, сил у противника оставалось заметно больше, и вечером все того же дня в Старице уже были свежие немецкие соединения, а освободившиеся батальоны ушли в Калинин. Попытки вернуть Старицу не увенчались успехом и были остановлены. Советские части перешли на новые рубежи, но стоит отметить, что на какое-то время вражеские войска оказались скованы и понесли потери.

К сожалению, это не спасло Калинин, который, как мы уже знаем, к этому времени был захвачен, и знаменитый рейд 21-й танковой бригады, куда входил легендарный экипаж Степана Горобца, не смог изменить ситуацию.

Была оккупирована и Старица.

Ничто не забыто

Жизнь в захваченном гитлеровцами городе и в окрестных деревнях была похожа на страшный сон. С первых дней начались грабежи – оккупанты по-хозяйски заходили в дома и забирали то, что считали нужным. Зафиксированы случаи, когда проходящие мимо немецкие обозы загружались отнятыми у жителей запасами на зиму. Сами жители при этом оставались ни с чем. Дом могли сжечь, выгнав всех на мороз – не жалели ни стариков, ни детей. Выжившие сообщали потом об этом государственной комиссии, но были и те, кто уже не мог ничего рассказать…

Партизан и тех, кто им помогал, казнили на виселице, та же участь ждала местных жителей, «посмевших» нанести ущерб немцам – к примеру, обрезать провод. Убивали молодых и старых, не гнушались убийством детей. И можно бесконечно говорить о том, что не все оккупанты были чудовищами, встречались среди них и как минимум адекватные люди – даже одно зверство с лихвой перевешивает любую «нормальность». А самое главное, немцев не звали в Старицу, как и в другие русские города.

Можно ли простить облитую водой на морозе женщину? Легко ли забыть забитого до смерти 70-летнего старика, который нес хлеб своей семье и не захотел отдавать его гитлеровцам? Заслуживает ли смерти через повешение 15-летний парень? И готовы ли были «понять и простить» оккупантов семьи, выброшенные на улицу без средств к существованию? Нередко фашисты сжигали дома с хозпостройками, где оставались несчастные коровы и куры…

Точное количество казненных, замученных и замороженных жителей Старицы до сих пор неизвестно. Оценочно речь идет об одной тысяче человек – это мирное население. Солдат же и офицеров, освобождавших Старицу и район, погибло не менее 13 тысяч. Разрушено и сожжено оккупантами около трех сотен домов, в том числе кинотеатр, больница, исторические торговые ряды, дом пионеров, электростанция, библиотеки, школы, детские дома. Краеведческий музей был разграблен, Свято-Успенский монастырь осквернен – гитлеровцы хорошенько прошлись по памятникам русского зодчества.

Теперь внимание, еще более страшные цифры: в районе оккупанты сожгли свыше 4800 домов, а 77 (семьдесят семь!) населенных пунктов они уничтожили полностью. Счет отнятых у мирных жителей коров, овец и свиней идет на тысячи, вывезенный картофель и зерновые измеряются сотнями тысяч тонн. До основания были разграблены личные и колхозные пасеки. Недаром Александр Фадеев, военный корреспондент «Правды» и будущий автор «Молодой гвардии», побывавший после освобождения в Старице, назвал гитлеровцев в своем очерке «извергами-разрушителями».

Немцев выбили из города 1 января 1942 года. Перед этим 16 декабря 41-го наши войска освободили Калинин и двинулись дальше, окрыленные успехами и жаждущие отмщения. В новогоднюю ночь Красная армия атаковала Старицу с трех сторон. Говорят, немцы проворонили штурм, потому как слишком активно праздновали. Поэтому нашим войскам удалось застать их врасплох, и все же нельзя сказать, что было легко. Опомнившись, гитлеровцы отчаянно сопротивлялись – по всей видимости, понимали, что за свершенные злодеяния никто их щадить не будет. И старались отдать свои жизни как можно дороже.

Вот только уже в 10 часов утра на здании средней школы развевалось красное знамя. А в православное Рождество от фашистской нечисти освободили весь Старицкий район.

Но до Великой Победы было еще далеко. Впереди нас ждала ржевская мясорубка, смертоносная зубцовская высота, враг продолжал бомбить наши города, в том числе Старицу – словно в отместку. И все равно: легкой прогулки к Москве у гитлеровцев не получилось. А разворот на запад произошел на нашей тверской земле.

Сергей САВИНОВ